Театр поэзии Аллы Демидовой


Мы сегодня поговорим о прекрасном поэте, гениальном поэте Иосифе Бродском. Вообще что такое поэзия? Гениальность, свобода? Осмыслить эти слова до конца практически невозможно, но размышлять над ними всегда будет интересно. Вообще, мне кажется, что мир становится все больше и больше странным, и что над нами Бог - высшая сила, или это мое изменяющееся сознание, как говорил в свое время Гамлет. Ответа нет, есть только поиск. И вообще, кто человек: хозяин жизни или покорный раб. И все эти вопросы - в поэзии Бродского. Конечно, искусство ничего не меняет, но, с другой стороны, оно, и скорее поэзия, позволяет подняться нам над бытом, подняться на какую-то высоту. Итак, Иосиф Бродский. В одном из первых стихов 1959 года, все, что потом отразилось в его поэзии - дорога, повтор, аскетизм, свобода, одиночество - все было в его первом
стихотворении «О пилигримах». Особенно мне нравиться этот аскетизм Бродского. Он жил когда в Ленинграде, жил в пятиметровом, огороженном за шкафом углу. А в конце жизни, и даже после Нобелевской премии в 1987 году, он все равно оставался в своей тесной, заваленной книгами квартирке, где обычно живут интеллектуалы, со средним достатком в Нью-Йорке. И не было желания изменять вот такого рода жизнь. Итак, Пилигримы.
Обратите внимание на повторы, которые у него часто встречаются:


Мимо ристалищ, капищ,
мимо храмов и баров,
мимо шикарных кладбищ,
мимо больших базаров,
мира и горя мимо,
мимо Мекки и Рима,
синим солнцем палимы,
идут по земле пилигримы.
Увечны они, горбаты,
голодны, полуодеты,
глаза их полны заката,
сердца их полны рассвета.
За ними поют пустыни,
вспыхивают зарницы,
звёзды горят над ними,
и хрипло кричат им птицы:
что мир останется прежним,
да, останется прежним,
ослепительно снежным,
и сомнительно нежным,
мир останется лживым,
мир останется вечным,
может быть, постижимым,
но всё-таки бесконечным. ...