Театр поэзии Аллы Демидовой


Я сегодня еще раз хочу вам напомнить о прекрасном поэте Владиславе Ходасевиче. Потому что мне кажется, что он был незаслуженно забыт и вообще даже не печатался при Советской власти. Я помню, где-то в 1980 годах я хотела упомянуть его в каком-то контексте, и редактор мой в издательстве сказал: «Нет, лучше не надо». Хотя какой-то журнал, по-моему, «Москва» в то время напечатал. Сейчас выходят, слава Богу, сборники и т.д. Он эмигрант, но, может быть, даже и не поэтому... Потому что ранние стихи его были декадентскими, упадническими:

Страшно признаться, что нет никакого мне дела
Ни до жизни, которой меня ты учила,

Ни до молитв, ни до книг, ни до песен,

Мама, все я забыл…

Даже в первом сборнике, который называется очень оптимистически «Молодость», 1908 год, и был посвящен Марине. Это его первая жена - Марина Рындина, такая богатая эксцентричная девушка. Она могла, например, на лошади въехать в гостиную или что-нибудь другое выкинуть. Они прожили всего два-три года, им было по восемнадцать лет, когда они встретились. И этот сборник объединяет молодость, муза, Марина, Муни - его друг. Это псевдоним. Поэт в свое время известный - Самуил Кисин. Он был женат на сестре Брюсова. Кстати, Муни на санскрите в переводе «молчальник», «аскет».

И первое же стихотворение в этом сборнике «Молодость» я прочитаю, не целиком.


Мои поля сыпучий пепел кроет,
В моей стране печален страдный день ,
Сухую пыль соха со скрипом роет,
И ноги жжет затянутый ремень…