Театр поэзии Аллы Демидовой


Ольга Федоровна Берггольц не только лирический поэт, но главное - личность. Ее иногда называли «блокадной музой». Все девятьсот дней блокады ее стихи звучали на радио, и это многим помогало выживать. Она была очень естественным человеком. О собственной жизни, она сказала однажды:

А я затем хочу и буду жить,
чтоб всю ее,
как дань людскому братству,

на жертвенник всемирный положить...

Казалось бы пафосные слова, но, на самом деле, для нее они очень естественные. Она, кстати, ничего не боялась. Может быть, после 1938 года, когда на допросе ее били, и она потеряла своих девочек - у нее должна была быть двойня. Может быть, потому что она перенесла эту блокаду. Но она могла говорить все, что она думала. Давайте по порядку все-таки. Родилась она в 1910 году в очень интеллигентной семье. Дочь врача, в Петербурге. Сестра - Муська. Это все у нее описано в автобиографической повести, в «Дневных звездах». Потом Игорь Таланкин снял фильм по этой повести, я там играла Берггольц. Стала она писать стихи с четырнадцати лет. А уже в 1925 году вступила в молодежную группу, которая на Невском проспекте дом 1. Я когда бываю сейчас в Петербурге, прохожу мимо этого Невского проспекта дом 1 и смотрю, как под крышей собирались молодые поэты и молодой еще Светлов, и Борис Корнилов, и Николай Тихонов, и Ольга Берггольц. Но в семнадцать лет она писала, конечно, только о любви.


Беатриче
В небе грозно бродят тучи,
закрываю Данте я...
В сумрак стройный и дремучий
входит комната моя...
Часто-часто сердце кличет
в эти злые вечера:
Беатриче, Беатриче,
неизвестная сестра...
Почему у нас не могут
так лелеять и любить?
Даже радость и тревогу
не укроешь от обид...
Тупорылыми словами
может броситься любой,
заклеймили сами, сами
эту строгую любовь...
И напрасно сердце кличет,
затихая ввечеру,
Беатриче, Беатриче,
непонятную сестру.