Театр поэзии Аллы Демидовой


Сегодня несколько необычная наша будет передача, потому что я вам всегда читала русские стихи и мы вспоминали русских поэтов. Но я очень люблю японские лирические стихи хокку и танка.
А они, кстати, отличаются такой предельной краткостью, но в них какая-то своеобразная поэзия. Вообще я люблю минимализм в искусстве и даже в дизайне люблю, хотя никогда не могу у себя добиться дома этого. Но смотреть на это я люблю. Люблю этот японский минимализм и их экибаны, когда один сучочек или один цветок вам скажет больше, чем слова или целый букет и так далее. Но, с другой стороны, в японском искусстве есть великолепные монументальные образцы, но не об этом речь. Я сегодня хочу вам почитать маленькие японские стихи.


О как долго
Томился я
В ожидании!
Мы вместе...
О чем еще мечтать?

Это японская танка. Это стихотворение состоит из пяти строк, а трехстишие – это хокку – еще короче.


Вот выплыла луна.
И каждый мелкий кустик.
На праздник приглашен.


Это знаменитый, кстати, Иса, знаменитый поэт конца XVIII - начала XIX века. И, казалось бы, картинка: « Вот выплыла луна. И каждый мелкий кустик. На праздник приглашен». Но, дело в том, что в хокку японском всегда есть двойной, тройной, четверной и так далее планы бесконечные. Тут можно говорить, как и сам Иса. Поэт Иса мечтал о равенстве - и все люди братья, поэтому «каждый мелкий кустик на праздник приглашен». Или, обращаясь к детям, он говорит, что красота - это для всех.


Красная луна
Кто владеет ею, дети?
Дайте мне ответ.


И всё. Вот вам трехстишие. «Красная луна. Кто владеет ею, дети?» Никто. Она для всех. Красота для всех. Это трехстишие японское прочно утвердилось в японской поэзии во второй половине XVII века, потому что их знаменитый поэт Мацуа Басё жил в 1644 году. Жил не долго, около пятидесяти лет, но за это время создал школу, и после него пошли эти трехстишия. А танка - это пятистишие, танка - это короткая песня. Возникла еще раньше в Японии в VII-VIII веке, причем это абсолютна народная песня.

Мне показалось
Будто один я на свете
Луною любуюсь,
Но кто этим дивным сиянием,
Пренебрежет без причины.